«Трех героинь» Дзиги Вертова показали в Москве спустя 80 лет

81
5 минут
«Трех героинь» Дзиги Вертова показали в Москве спустя 80 лет

Впервые у нас показывается футуроспектива «Киноглаз. Киноки. Вертов», состоящая из 12 немых и звуковых картин советского киноавангардиста Дзиги Вертова, включая «Человека с киноаппаратом», и его документальной школы. Манифесты «киноков» перевернули сам принцип построения документального кино, закрепили новую фиксацию «правды жизни».

Ретроспективу назвали футуроспективой, поскольку она обращена в будущее. Некоторые фильмы показаны впервые. «Три героини» Дзиги Вертова, датированные 1938 годом, пролежали на «полке» почти 80 лет. Хотя как минимум один показ был – на фестивале «Окраина» в Рязани в 2018 году.

В Москве фильм представили в оригинальной версии. В свете современной фемповестки он крайне актуальный, поскольку затрагивает тему женского равноправия образца 1938-го и рассказывает о первом беспосадочном полете из Москвы на Дальний Восток, который совершили пилоты Валентина Гризодубова, Марина Раскова и Полина Осипенко. Они стали первыми женщинами, удостоенными звания Героя Советского Союза.

Никто не знал, что так сложится их судьба, а современные зрители, имея это знание, смотрят фильм с особым чувством, даже со слезами. Полины Осипенко не станет буквально через полгода. Она погибнет в 1939-м. Марина Раскова разобьется в январе 1943-го. Валентина Гризодубова проживет еще полвека. Вторая половина ее жизни будет засекречена, поскольку она занималась авиационной электроникой. А в 30-е ради трех свободных советских женщин, как они называли себя на митингах, проходивших по пути следования поезда, возвращавшего их с Дальнего Востока в Москву, на каждой станции собиралось целое море людей с цветами и транспарантами.

«Картина не была закончена, в финальной части ленты иногда отсутствует музыка и возникают провалы, – рассказывает киновед Николай Изволов. – У нас была возможность вставить музыкальные фрагменты в акустические лакуны, но мы этого делать не стали, потому что это было бы искажением авторского замысла. Иногда удержаться от реставрации гораздо труднее, чем сделать ее».

Полет оказался не вполне удачным, но летчицы сумели совершить посадку в тайге, а потом рассказывали, как их спасла советская страна и лично товарищ Сталин. Экипаж самолета «Родина» был на связи со своими семьями.

Вертов показал, как летчицы разговаривают с детьми и родственниками по телефону. В Москве Валентина Гризодубова прижимает к себе ребенка в белой шубке советского образца, сшитой словно из бархата. Она-то и запоминается больше всего, как и букеты цветов, не таких идеальных, как теперь. Советские люди славят героических летчиц, выполнивших задание любимого и родного Сталина, который всем им отец и друг. Они говорят лозунгами, и от этого становится не по себе.

В Москве летчицы встречались со Сталиным и Ворошиловым, ужинали с вождями, чтобы потом рассказать одноклассникам своих детей, как заботлив товарищ Сталин, как он любит ребят.

Полина Осипенко.

Дзига Вертов чутко поймал утекающие мгновения. Многое мы слышим и «видим» благодаря его «радиоуху». Мы-то больше знаем про его знаменитый «киноглаз». Самолет исчез в облаках, но остался сигнал радиосвязи. А когда и он пропал, остались позывные.

«Это фильм о том, что нельзя увидеть. Со стороны Вертова участие в такой затее было авантюрой. Фактически он снимал фильм о том, что неизвестно чем закончится. А если вдруг катастрофой? Тогда и речи бы не было о мифологизации героев, – говорит Николай Изволов. – Здесь ценна попытка предугадать то, что произойдет, и в нужный момент оказаться там с камерой. Что, собственно, и произошло».

Речь и поведение специалистов в Центре управления полетами кажутся постановочными. В 1930-е годы работа со звуком была несовершенна, и звукооператор мог попросить участников съемок произносить слова громко и отчетливо.

Почему же работа над «Тремя героинями» так долго шла и не была закончена? Об этом можно только гадать. Возможно, это связано с неопределенностью политической ситуации, тяжелым психологическим состоянием начальства, находившегося в поиске врагов. А выпускать фильм в 1940-м, о событиях двухлетней давности, не имело смысла.

Показы раритетного кино богаты сюрпризами. Вот и теперь пришел бывший летчик-испытатель Мстислав Листов, который воспитывался в семье Валентины Гризодубовой. Фильм Вертова он назвал слабеньким, но оценил его как документ эпохи и рассказал много интересного. Например, о Полине Осипенко, которая разбилась с Героем Советского Союза, участником гражданской войны в Испании Анатолием Серовым. Это он был мужем актрисы Валентины Серовой. По словам Мстислава Листова, была найдена записка, которую Осипенко написала Серову: «Толя, не балуй». Тогда не было радиосвязи внутри самолета. Пускали кошелек на ниточке из одной кабины в другую с запиской.

Осипенко была деревенского происхождения, работала птичницей, а стала летчиком ВВС, поэтому в основном молчала, и в фильме это очевидно. Марина Раскова спрыгнула с парашютом, прихватив две плитки шоколада, а потом девять дней блуждала по тайге, питаясь тем, что находила в лесу. У нее был вывих ноги, а не перелом, как иногда говорят. И это проясняет телефонный разговор с дочкой в фильме Вертова, когда девочка спрашивает мать, как ее нога, а та отвечает, что ходит с палочкой. Гризодубова считала, что случившееся – диверсия, что им дали не те частоты, поэтому не было связи. Перед ней стояла задача не улететь в Китай, с которым были напряженные отношения. Как этого достичь, когда карту унесло за борт, не было сведений о метеоусловиях, когда загорелась красная лампочка, предупредившая об аварийном остатке топлива на 30 минут… Ничего не оставалось, как выбрать место для посадки в тайге.

Валентина Гризодубова.

Дзига Вертов снимал и совсем другие сюжеты о своих современницах. В выпуске документального журнала «Киноправда» за 1923 год он рассказал о бюстгальтерах и панталонах, пудре и духах как проявлении буржуазности. Вопрос он ставил ребром: «Женские панталоны или трактор?»

В настройках компонента не выбран ни один тип комментариев